ЗАДАТЬ ВОПРОС ЗАКАЗАТЬ ПЕРЕВОД

Кузькина мать и трудности дипломатического перевода

01 Апр 2015

"Человек, наделённый слишком многими способностями, кончает свою карьеру в должности переводчика в ООН" (Британский актер Питер Устинов)

В каком бы контексте не зашла речь о переводе, всегда встает вопрос о трудностях и ошибках. Промахи переводчиков художественного слова обворовывают писателей и читателей, небрежность в техническом переводе может поставить под угрозу весь производственный процесс, в случае с дипломатическим переводом на кону оказываются имидж государства и вопросы внешней политики.

"Английский голос советских вождей" Виктор Михайлович Суходрев говорит: "У нас своя специфика. Переводчики ведь разные бывают. Если, к примеру, ляп допустит сопровождающий иностранных туристов гид, большой беды, наверное, не случится. Работающие же на высшем уровне не вправе позволить себе ни одного серьезного прокола. Повторной осечки никто ждать не станет, человек моментально лишится места, на этом его карьера закончится".

Виктор Суходрев легендарный переводчик, работавший с Хрущевым, Брежневым, Косыгиным, Горбачевым. В своей книге "Язык мой – друг мой" он пишет о миссии дипломатического переводчика: "Быть единственным посредником, дающим возможность не понимающим языка друг друга людям общаться, причем так, чтобы забыли о самом присутствии переводчика. В этом высший пилотаж моей профессии: стать как бы невидимым, но присутствующим если хотите, необходимым злом, потому что было бы идеально, если бы все могли беседовать напрямую, глядя друг другу в глаза и говоря на одном языке". Сам себя В. Суходрев назвал "человеком посередине", казалось бы, посередине – значит между двумя людьми, не имеющими общего языка, но и – в случае В. Суходрева – между двумя сверхдержавами, между двумя идеологиями, между капиталистическим и социалистическим миром фактически, между молотом и наковальней.

Суходрев вспоминает о политиках, с которыми ему приходилось работать: "Понимаете, они очень разные. При ближайшем рассмотрении оказывалось, что перед тобой индивидуальности. У каждого была своя изюминка, но, пожалуй, мне интереснее всего работалось с Алексеем Косыгиным и Анастасом Микояном. Ну и, конечно, с Никитой Хрущевым. Что бы о нем сегодня ни говорили, но это личность! Да, необразован, да, малокультурен, однако ярок, самобытен! Он никогда не лез за словом в карман, легко мог заворожить слушателя – и здесь, и за рубежом". Но и переводить его выступления, по словам В. Суходрева, было труднее всего. Обычно он читал лишь самое начало заранее подготовленной бумажки, а потом откладывал ее и говорил свободно, перемежая речь поговорками, пословицами и народными выражениями, которые всегда трудны для перевода. Суходрев даже шутил: "Если Хрущев говорил "нАчать", я переводил: "bEgin"".

Самый известный переводческий инцидент, связанный с именем Хрущева, произошел, когда на Американской выставке в Сокольниках в 1959 году он пообещал Ричарду Никсону показать американцам кузькину мать. Один из экспонатов выставки – макет жилого дома в натуральную величину, демонстрирующий быт типичной американской семьи, вызвал ажиотаж среди посетителей. Для большинства советских граждан телевизор тогда был еще непозволительной роскошью, а здесь они увидели и холодильник, и посудомоечную и стиральную машину, и другую бытовую технику, о существовании которой даже не подозревали, так что капиталистический быт выглядел весьма привлекательно. Хрущева это не могло не задеть, и он "стал критиковать увиденное, говорить, что советскому человеку весь этот буржуазный быт чужд, дескать, глупо строить коттедж для каждой семьи, когда можно возвести многоквартирный дом и обеспечить жильем сразу сотни людей". С частных вопросов политики быстро перешли на более глобальные, стали выяснять, какой строй более прогрессивен и перспективен капиталистический или социалистический. Хрущев привычно заговорил, что Советский Союз догонит и перегонит Америку, и, мол, вообще: "Покажем мы вам кузькину мать!". Переводчик от неожиданности растерялся и произнес неловкую фразу о матери Кузьмы. В США так и не поняли, что же подразумевал советский лидер.

В. Суходрев не переводил на той выставке, однако в следующий раз он решил заранее подготовиться на случай "кузькиной матери", но тут выход из положения неожиданно для переводчика подсказал сам Хрущев. "Что вы мучаетесь с переводом?" спросил он,  "Просто скажите: мы вам покажем то, чего вы никогда не видели!". История умалчивает, выражал ли советский лидер повторно намерение продемонстрировать капиталистическим оппонентам ближайшую родственницу загадочного товарища Кузьмы, однако выражение заняло свое место не только в истории дипломатических отношений, но и на страницах словарей:  "to show Kuzka's mother to someone" -"to teach someone a lesson, to punish someone in a brutal way", (Urban Dictionary). И именно так – Kuzka’s mother – неофициально называли "царь-бомбу", АН602, разрабатываемую в СССР в конце 50-х.

В. Суходрев делится своими впечатлениями и о скандально известном эпизоде с ботинком: "Выступление испанского министра глубоко задело Хрущева. Он тут же потребовал слова "с правом на ответ". Когда его предоставили, он стал с трибуны на чем свет крыть и режим в Испании и самого Франко. А Франко, какой бы он ни был, являлся главой государства – члена ООН. Хрущев кричал, что "придет время, и народ Испании поднимется и свергнет кровавый режим!" По всем парламентским законам это явное оскорбление". Хрущева лишили слова, и он вынужден был вернуться на свое место. В.Суходрев пишет: "Выступления продолжались. Время от времени в них звучали заявления, которые Хрущев воспринимал как выпады против коммунизма, Советского Союза и социалистической системы в целом. Протестуя, он продолжал стучать кулаками по столу. А потом, в какой-то момент, я вдруг вижу, что он снял с ноги ботинок…что-то вроде сандалии, с несколькими ремешками на носке. Когда он начал колотить башмаком по столу, мне стало дурно. Думаю, не только мне".

Официальный (протокольный) перевод на высоком уровне – безусловно, совершенно особенный вид переводческой деятельности. Помимо блестящего владения языками, переводчик должен четко понимать политическую и дипломатическую ситуацию, чтобы иметь возможность правильно понять и передать смысл сказанного участниками переговоров. Именно поэтому в дипломатических кругах принято переводить со своего языка на иностранный.  Даже не имея дипломатического статуса (как, например, в случае с американскими переводчиками), переводчик все равно часть команды. Кроме того, переводчик обязан проявлять подчеркнутую политкорректность, не всегда свойственную даже участвующим в переговорах сторонам. Депутат Фрол Козлов о В. Суходреве: "С Виктором хорошо, сморозишь что-нибудь, а он исправит".

Такие истории еще раз подтверждают известный афоризм австрийского писателя Морица Готлиба Сафира: "Переводы как женщины: если верны, то некрасивы, а если красивы, то неверны". Но, пожалуй, именно перед переводчиками-дипломатами, учитывая ответственность их миссии, стоит задача найти максимально выгодный компромисс между красотой и верностью перевода.

По материалам:

http://www.bulvar.com.ua/arch/2011/45/4ebae59d3e059/

http://www.aif.ru/dontknows/file/1170179

http://translation-blog.ru/diplomaticheskij/  

http://www.peoples.ru/state/citizen/suhodrev/

http://www.pravda-tv.ru/2013/03/05/22743